Алексей Кулаков (alekseysc) wrote,
Алексей Кулаков
alekseysc

Categories:

РЕСТАВРАЦИЯ МУЗЕЯ ИМЕНИ РУБЛЁВА - ВАРВАРСКИЙ ПОДХОД

Доцент Президентской академии РАНХиГС Сергей Карнаухов сообщил на своей странице в facebook о начале реставрационных работ на территории московского музея Андрея Рублёва в Андрониковом монастыре:



Музей древнерусской культуры и живописи имени Рублева — единственный в России музей отечественной средневековой живописи, охватывающий период более чем в семь столетий. Богатейшее собрание икон XIII-XVII веков достойно всемирной славы. Даже представленные в музее копии фресок — уникальны.



Но сначала — немного об истории создания музея. Ведь его основание в 1947 году и открытие в 1960-м являются своеобразной «спецоперацией» по спасению от гибели одной из самых древних московских обителей.

После Октябрьской революции Спасо-Андроников монастырь был закрыт и приговорен к сносу как малозначимый исторический памятник. Быстро разрушили его самое «выдающееся» строение: очень высокую и очень красивую колокольню 1803 года, созданную по проекту Родиона Казакова. Ее кирпичи, говорят, пошли на строительство соседнего дома культуры «Серп и молот». Подобная судьба ожидала и остальные, более древние строения монастыря. В ожидании сноса монастырь приспособили под разные, в том числе и тюремные, нужды — хотя до расстрелов в стенах недействующего монастыря дело не дошло. Зато здесь хранили архивы военных трибуналов…

Но рано или поздно монастырь должны были уничтожить. Его спасителем стал Петр Дмитриевич Барановский, в 1947 году разработавший целую научную мистификацию ради спасения исторической святыни. На заседании Академии наук он представил сенсационный доклад, в котором доказал факт погребения Андрея Рублева в Андрониковом монастыре. В качестве «улики» Барановский представил… копию копии с копии надписи на могильной плите Андрея Рублева в Андрониковом монастыре. Первая копия была сделана еще в XVIII веке историком Миллером с уже тогда разрушавшейся плиты, а более поздние копии хитрыми путями попали к супруге Барановского, Марии Юрьевне, крупнейшему специалисту своего времени по московским некрополям и верной соратнице своего мужа. Барановский заявил, что смог расшифровать нечеткую и весьма неполную надпись на плите и установить точную дату смерти Рублева: 29 января 1430 года. Эта «авантюра» Барановского восхищает даже современных исследователей: сейчас очевидно, что создатель «подлинной» надписи подзабыл дореволюционную орфографию.



Но в 1947 году этот безумный шаг легендарного Барановского помог накрепко связать имя Андрея Рублева с Андрониковым монастырем. Дело в том, что иконописец Рублев даже в советской России был персоной «неприкасаемой»: сам Ленин в декрете 1918 года включил Андрея Рублева в список «правильных» деятелей культуры, которым предполагалось поставить памятники по плану «монументальной пропаганды».
После доклада Барановского академики подготовили обращение в ЦК с просьбой создать на базе монастыря музей имени Рублева. В правительстве проект одобрили, и 10 декабря 1947 года вышло постановление об организации музея. Видимо, повлияло и временное послевоенное потепление государственного отношения к церкви.

Но еще два года музей оставался учрежденным лишь на бумаге. Из монастыря даже не выселили рабочее общежитие «Серп и молот», занимавшее почти все помещения бывшей обители. Только в 1949 году был назначен первый директор музея — Давид Ильич Арсенишвили, основатель Театрального и Литературного музеев Тбилиси, член тбилисского бюро по охране памятников. Именно ему и двум его соратницам мы обязаны самим существованием музея Рублева.

Арсенишвили поселился в притворе Спасского собора и начал бороться за каждую пядь монастыря: за помещение храма, около которого жильцы выстроили летний душ, за древний некрополь, превращенный в футбольное поле. Давиду Ильичу помогала единственная сотрудница «музея» — Наталья Алексеевна Демина, выдающийся исследователь древнерусского искусства, специалист по Андрею Рублеву.



В начале 1950-х годов к Деминой и Арсенишвили присоединяется молодой искусствовед Ирина Александровна Иванова. Втроем, почти без финансирования, они организуют первые научные экспедиции и начинают формировать музейную коллекцию. Они не раз спасали иконы от гибели, вывозя их из храмов и захолустных краеведческих музеев, где не умели и не хотели хранить сомнительные с идеологической точки зрения произведения искусства. Первыми экспонатами музея в Андрониковом монастыре стали несколько икон XVI-XVII веков из Владимирского краеведческого музея и иконостас из собора Спасо-Евфимиева монастыря в Суздале. Их и сегодня можно увидеть в постоянной экспозиции, расположенной в церкви Архангела Михаила.



Одновременно три музейных сотрудника исследовали памятники Андроникова монастыря. К реставрации приступить не могли — не было средств. Тогда Арсенишвили пошел путем Барановского. Если Петр Дмитриевич «похоронил» Рублева, то Арсенишвили и авторитетнейший в то время писатель Илья Эренбург Рублева «родили». Назначили 1360-й год годом рождения Андрея Рублева, донесли идею до ЮНЕСКО. 600-летие великого художника должны были пышно отмечать по всему миру. СССР никак не мог остаться в стороне от этого праздника жизни: деньги на реставрацию были выделены мгновенно, в 1959 году она была рекордными темпами проведена. Торжественное открытие музея состоялось 21 сентября 1960 года.



Во время реставрации было сделано сенсационное открытие — на этот раз без всякой мистификации. Дело в том, что в пожаре 1812 года погибли все фрески собора, выполненные при участии Андрея Рублева. Не осталось ни малейшего фрагмента — из-за пожара рухнул барабан, внутри собора все выгорело дотла. Но до пожара, в самом начале XIX века, три алтарных окна по неизвестным причинам заложили кирпичом. Когда реставраторы их вскрыли, то обнаружили единственные в Москве хорошо сохранившиеся фрагменты работы Рублева — орнаментальную роспись на оконных откосах.

Увидеть эти фрагменты своими глазами сегодня нельзя — они находятся в алтарной части собора, куда вход обычным посетителям закрыт. Но в музее представлена их фотография. В начале мы упомянули уникальную экспозицию копий фресок Рублева, представленных в музее. Речь идет о работе бывшего театрального художника Николая Владимировича Гусева. По заказу Арсенишвили, в 1960-70-х годах Гусев сделал копии фресок Рублева из Успенского собора во Владимире. Сегодня эти копии обрели особую ценность: в ходе реставрации владимирского Успенского собора в 1960-е годы оригинальные фрески были крайне неудачно поновлены, а сейчас их состояние ученые прямо называют катастрофическим. Гусеву же удалось их скопировать самым точным образом еще до реставрации. Художник долго готовился и настраивался, прежде чем приступить к копированию. Гусев утверждал, что линии, которые Рублев использовал в своих фресках, мог выполнить только художник высочайшего класса, к тому же, прошедший определенную психофизическую подготовку. Ведь магия фресок заключается не в кропотливости работы — фрески априори пишутся быстро, а в точности исполнения, твердой руке. Поэтому Гусев перед началом работ выполнял специальные дыхательные упражнения, и, конечно, настраивался эмоционально.



На момент открытия в музейном собрании было всего 317 объектов. Это много, если учесть тот факт, что после революции в Андрониковом монастыре не осталось вообще ни одной иконы. Сегодня в музее более 10 тысяч экспонатов. Это иконы, произведения декоративно-прикладного искусства, оригиналы и копии фресок, древние книги и памятники археологии. Коллекция пополнялась и благодаря многочисленным экспедициям, и с помощью покупок у частных владельцев, в букинистических и антикварных магазинах. Многие экспонаты переданы в дар коллекционерами (например, ценнейшая новгородская икона XIII века). Помогала даже отечественная таможня — передавала музею предметы, конфискованные при попытке незаконной транспортировки. В наши дни музейное собрание расширяется, но очень медленно — мешают проблемы с финансированием и цены на произведения древнерусского искусства.

В 1991 году музей был внесен в список особо ценных объектов культурного наследия России.



Источник

Увы, но нередко безалаберность, разгильдяйство и глупость чиновников, и исполнителей не только приводят к невосполнимым утратам, но и к безрассудной трате, как говорится, "выкидыванию на ветер" огромных денежных средств, выделяемых на реставрацию объектов культуры государственного, и мирового значения.

Tags: Музей Рублёва, безалаберность, варварство, культурное наследие, реставрация
Subscribe

promo alekseysc february 15, 2014 09:09 1
Buy for 100 tokens
В 1798 году Томас Мальтус публикует "Опыт закона о народонаселении”, в котором высказывает революционную на тот момент мысль о том, что рост населения планеты значительно превышает скорость использования ресурсов и рост производства продуктов питания, вследствие чего неизбежны голод, бедность и…
  • Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments